Посольство
- Приветствие Посла
- О развитии российско-японских отношений
- Двусторонние экономические связи
- Российско-японское научно-техническое сотрудничество
- О культурных обменах
- Фотогалерея
- Визит отряда боевых кораблей ТОФ России в Японию в декабре 2013 года
- Россия
- Сталинград
- Из Архива внешней политики РФ по истории российско-японских отношений (вторая половина ХХ в.)
- Из Архива внешней политики РФ по истории российско-японских отношений (первая половина ХХ в.)
- Из Архива внешней политики Российской империи по истории российско-японских отношений (начало XX в.)
- Из Архива внешней политики Российской империи по истории российско-японских отношений (XIX в.)
- Из Архива внешней политики Российской империи по истории российско-японских отношений (XVIII - XIX вв.)
- Видео
- События, встречи, заявления
- Виртуальная экскурсия
- Из истории Посольства
- Благотворительность
- День России
- Наша дипломатия в годы Великой Отечественной Войны
ПОСОЛЬСТВО
НОВОСТИ ПОСОЛЬСТВА
Ответ заместителя Министра иностранных дел России И.В.Моргулова на вопрос ТАСС о роли России в урегулировании ситуации на Корейском полуострове

Вопрос: Некоторые наблюдатели обратили внимание, что в Декларации, подписанной лидерами КНДР и Республики Корея в Пханмунчжоме 27 апреля, в контексте корейского урегулирования говорится о возможности проведения неких трехсторонних (обе Кореи и США) или четырехсторонних («плюс» Китай) встреч, а о России не упоминается. Не означает ли это, что наша страна «выпадет» из процесса решения проблем Корейского полуострова?
Ответ: Убежден в беспочвенности таких опасений. Россия не только не может «выпасть» из процесса, а напротив, настроена самым активным и инициативным образом продолжать участвовать в поиске решений всех проблем Корейского полуострова.
Ваш вопрос, очевидно, вызван тем, что при знакомстве с Пханмунчжомской декларацией у неискушенного наблюдателя действительно может возникнуть недопонимание сути упомянутого сюжета. Дело в том, что в Декларации идет речь о возможных диалоговых форматах, касающихся итогов Корейской войны 1950-1953 гг., а именно – замены Соглашения о перемирии мирным договором. В связи с этим напомню, что СССР не участвовал ни в самой Корейской войне, завершившейся подписанием упомянутого Соглашения, ни в переговорах по его заключению.
Кстати, наша позиция на сей счет четко изложена в российско-китайской «дорожной карте» корейского урегулирования, разработанной в прошлом году. Она состоит в том, что вопрос заключения мирного договора взамен Соглашения о перемирии является сугубо предметом двусторонних межкорейских отношений и должен решаться Пхеньяном и Сеулом. Данный подход, собственно, и был отражен в Пханмунчжомской декларации. У России нет ни оснований, ни мотивов стремиться стать стороной такого договора. Повторю, это дело непосредственных участников Корейской войны.
Видим свою роль не в погружении в коллизии прошлого, а в энергичной и терпеливой работе на будущее – совместных усилиях по созданию прочного механизма мира и стабильности на Корейском полуострове и Северо-Восточной Азии в целом, учитывающего интересы всех вовлеченных сторон. Инструментом достижения этой цели, как уже неоднократно заявлялось, нам видится комплексное обсуждение проблем субрегиона в шестистороннем переговорном формате с участием России, альтернативы которому попросту не существует.



























